Установления двора халифов

ХИЛАЛ АС-САБИ. УСТАНОВЛЕНИЯ И ОБЫЧАИ ДВОРА ХАЛИФОВ
(РУСУМ ДАР АЛ-ХИЛАФА)
Перевод с арабского, предисловие и примечания И.Б. Михайловой
ПРЕДИСЛОВИЕ
Церемониал и придворный этикет на мусульманском Востоке – один из важных аспектов истории формирования арабской культуры – до сих пор остаются малоисследованными .
Церемониал и этикет, достигшие своего расцвета в эпоху Аббасидского халифата, служили халифу средством возвеличивания собственного авторитета в глазах подданных. Как известно, с середины IX в. могущество Аббасидов стало клониться к упадку, и халифат распался на ряд независимых государств, лишь номинально признававших халифский сюзеренитет. Но чем больше падала реальная власть халифа, тем сильнее он стремился возвысить себя перед лицом мусульманского мира изощренным церемониалом, призванным подчеркнуть его превосходство над своими, порой очень могущественными вассалами.
К X в. придворный церемониал превратился в особую науку, а контроль за его исполнением был возложен на многочисленный штат придворных. В отличие от Византии и сасанидского Ирана, где установления и обычаи двора были кодифицированы и где существовали специальные пособия по их практическому исполнению, аббасидский церемониал находил свое отражение в обширной средневековой литературе на арабском языке, и главным образом в литературе адаба.
Среди произведений, созданных в жанре адаба, особое место занимает Русум дар ал-хилафа Хилала ас-Саби, единственное известное в арабской средневековой литературе сочинение, специально посвященное вопросам церемониала, быта и обычаев халифского двора.
АВТОР
Абу-л-Хусайн Хилал ибн ал-Мухассин ибн Абу Исхак Ибрахим ибн Хилал ибн Захрун ас-Саби ал-Харрани родился в шаввале 359/августе – сентябре 970 г. в семье харранских сабиев , в конце IX в. переселившихся в Багдад. Из их среды вышло много ученых, государственных и политических деятелей эпохи Аббасидов.
Члены этой высокообразованной семьи были привлечены на государственную службу, в правительственные диваны и часто оказывались в центре событий, потрясавших халифат.
Они были свидетелями жестокой борьбы партий и группировок при дворе, дворцовых переворотов, экономического спада и политического дробления халифата, когда реальная власть халифа была сведена на нет. На их глазах произошло вторжение в Багдад Бундов в 945 г. и вскоре вслед за тем лишение халифа политической и государственной власти.
Из канцелярии халифа семья ас-Саби перекочевала в канцелярию Буидов и долго еще после этого служила верой и правдой власти и правопорядку, занимая различные чиновные должности в угасающем халифате.
Род ас-Саби дал халифату много талантливых людей. Прапрадед Хилала по отцовской линии Абу Исхак Ибрахим ибн Захрун (ум. в 309/921 г.) был искусным врачом. Прадед Абу-л-Хусайн Хилал ибн Ибрахим ибн Захрун (ум. в 324/935-36 г.) считался большим авторитетом в медицине и служил лейбмедиком при эмире Тузуне. Дед Абу Исхак Ибрахим ибн Хилал (925-994), один из самых знаменитых предков Хилала, сделал карьеру чиновника при Буидах . Будучи всесторонне образованным человеком, занимаясь медициной, астрономией и математикой, он прославился главным образом как непревзойденный мастер стилистики, что, в конечном счете, привело его в канцелярию буидских султанов. Му’изз ад-Даула, основатель буидской династии в Ираке, назначил его в 349/960-61 г. главой дивана официальной переписки (диван ал-инша’). Эту должность он занимал и при преемнике Му’изза, его сыне ‛Изз ад-Дауле. Однако при следующем буидском правителе, ‛Адуд ад-Дауле, который в ходе междоусобной войны с двоюродным братом ‛Изз ад-Даулой одержал верх, карьера Абу Исхака Ибрахима обрывается.
Заступничество влиятельных лиц спасает его от мучительной смерти под ногами слонов, и он попадает в тюрьму, где, пытаясь снискать прощение и расположение султана, принимается писать династийную хронику Буидов Китаб ат-таджи . Смерть ‘Адуд ад-Даулы спасла Ибрахима от неминуемой гибели. Новый султан, Шараф ад-Даула, выпустил его из темницы, где он провел около четырех лет, в 981 г. С тех пор он больше не занимался государственной деятельностью. В шаввале 384/ноябре 994 г. он умер. Славу непревзойденного мастера в эпистолярном искусстве Ибрахим ибн Хилал снискал своими ар-Раса’ил – сборником официальных писем, которые он составлял от имени правителей . Кроме того, современники и более поздние авторы говорят еще о двух его сочинениях: «Всеобщей истории» и «Истории рода ас-Саби». Эти произведения также до наших дней не дошли.
Среди предков Хилала ас-Саби по материнской линии прежде всего следует отметить его прадеда Сабита ибн Курру (ум. в 288/901 г.), талантливого математика, занимавшегося также астрономией, философией и медициной. Халиф ал-Му‛тадид приблизил его к себе и сделал придворным астрономом. Терпимостью, с которой халифы относились к сабиям, в большой степени они были обязаны тому влиянию, которое Сабит приобрел при дворе. Дед, отец матери Хилала, Синан ибн Сабит (ум. в 341/952-53 г.) был врачом и метеорологом. Это его халиф ал-Кахир принудил принять ислам вопреки желанию самого Синана.
Брат матери Сабит ибн Синан (ум. в 365/976 г.) известен науке как знаменитый историк своего времени. Сочинения его не сохранились, но представление о его «Истории» мы имеем по цитатам из нее у Мискавайха .
Хилал ас-Саби очень рано приобщился к чиновничьей службе. Учил и воспитывал его дед Абу Исхак Ибрахим ибн Хилал. Через него Хилал узнал в деталях жизнь халифского двора, его нравы и обычаи, окунулся в события и слухи придворной жизни.
В девятнадцать лет Хилал ас-Саби становится секретарем Фахр ал-Мулка, вазира буида Баха’ ад-Даулы (989-1012), и его преемника Султан ад-Даулы (1012-1021). Фахр ал-Мулк, личность незаурядная и энергичная, занимал видное положение в государстве Буидов, но, как это часто бывало, недолго. Он попал в опалу, был заточен в темницу и по приказу Султан ад-Даулы казнен в 407/1016-17 г. Хилал пользовался большим доверием вазира, о чем свидетельствует тот факт, что Фахр ал-Мулк завещал ему перед смертью 30 тыс. динаров.
Хилал ас-Саби прожил долгую жизнь – 86 солнечных = 89 лунных лет. Он умер в 448/1056 г., до конца своих дней оставаясь на государственной службе. За 12 лет до смерти он перенес тяжелую болезнь, которая едва не унесла его в могилу.
Его предки всегда были верны религии и обычаям сабиев, хотя, по свидетельствам современников, уважали мусульманские предписания и даже постились в рамадан . Хилал ас-Саби первым в роду по своей воле изменил этой вере и в 44-летнем возрасте добровольно принял ислам. Это произошло в 399/1008-09 г., как гласит предание, в результате того, что он увидел «вещий сон», подтолкнувший его принять решение поменять веру .
Среди потомков Хилала ас-Саби следует выделить его сына Гарс ан-Ни’му (ум. в 480/1087-88 г.), служившего какое-то время секретарем в канцелярии халифа ал-Ка’има и написавшего ряд исторических сочинений, в том числе историческую хронику, продолжение аналогичного труда отца. Его сочинения не сохранились, они известны лишь по цитатам . После него блеск рода ас-Саби быстро угас. Один из поздних потомков Хилала, Абу-л-Хусайн Мухаммад ибн Исхак ас-Саби (ум. в 619/1222 г.), служивший при халифе ал-Мустади главой дивана официальной переписки, создал несколько исторических произведений, ни одно из которых не сохранилось.
ТВОРЧЕСТВО ХИЛАЛА АС-САБИ
Хилал ас-Саби был известным человеком своего времени. Блестящий придворный, авторитетный историк, изящный стилист, знаток литературы и арабского языка, он оставил заметный след в жизни современного ему общества.
Его перу принадлежат 10 сочинений по истории, адабу, этике, политике и эпистолярному искусству. Шесть из них безвозвратно утрачены:
1) книга по истории и топографии Багдада. Ас-Сафади называет ее Китаб ахбар Багдад («Книга сведений о Багдаде») . Йакут упоминает ее просто как Китаб Багдад ;
2) Китаб ар-рисала, или Китаб ар-раса’ил, – сборник официальных писем, составленных автором, и по структуре, вероятно, напоминающий знаменитые ар-Раса’ил его деда Абу Исхака Ибрахима ибн Хилала;
3) Китаб ас-сийаса («Книга о политике») – об этом сочинении нельзя сказать ничего определенного, ибо, кроме названия, о нем ничего неизвестно;
4) Китаб ал-куттаб – вероятно, обычное руководство для секретарей, такого же типа, как произведения ал-Джахшийари, ас-Сули и др., создававшиеся в аббасидскую эпоху в большом количестве;
5) Китаб масир ахлихи («Книга о достохвальных деяниях рода [ас-Саби]») – очевидно, сборник биографий родственников автора, занимавших видное положение в общественной и культурной жизни халифата ;
6) ал-Амасил ва-л-а’йан ва мунтадан ал-‛аватиф ва-л-ахсан («Достойнейшие и вельможные [мужи] и собрание достохвальных [их деяний]»). Под таким названием сочинение фигурирует у Ибн Халликана . Позднее его называют среди сочинений ас-Саби Хаджжи Халифа (ум. в 1067/1656 г.) и Ибн ал-‘Имад ал-Ханбали (ум. в 1079/1678 г.) . Средневековые авторы излагают краткое содержание произведения, что позволяет нам составить некоторое представление о нем. Вероятно, это типичное для того времени сочинение в жанре адаба, повествующее о выдающихся деяниях известных в истории лиц, сборник, включающий предания, легенды, анекдоты и действительные исторические факты, по форме и содержанию похожий на Нишвар ал-мухадара ат-Танухи. Некоторые исследователи склонны были идентифицировать ал-Амасил с «Книгой вазиров» Хилала ас-Саби, однако достоверных данных в пользу этой версии нет.
Четыре сочинения (одни частично, другие полностью) сохранились до наших дней:
1) наиболее известная и заслужившая особую популярность «Книга вазиров» дошла лишь в первой своей части. Это произведение, написанное в жанре биографической хроники, является продолжением аналогичных сочинений ал-Джахшийари и ас-Сули. Книга включает историю жизни и деятельности четырех вазиров – ‘Али Ибн ал-Фурата, его брата Ахмада, Мухаммада ибн ал-Хакана и ‘Али ибн ‛Исы – в хронологическом порядке их правления. Повествование основано на документах и официальной переписке, помимо этого приводятся различные анекдоты, связанные с именами этих вазиров;
2) жестоко обошлась судьба с фундаментальной сорокатомной «Историей» Хилала ас-Саби . До наших дней дошел лишь один восьмой том, охватывающий пятилетний период (389-393 гг. х.) правления халифа ал-Кадира (381-422 / 991-1031);
3) Гурар ал-балага («Лучшие образцы красноречия») дошла до наших дней полностью в трех списках . Это сочинение из разряда адабной литературы представляет собой руководство по эпистолярному делу;
4) Русум дар ал-хилафа сравнительно недавно обнаружено и введено в научный обиход в 1964 г.
ХАРАКТЕРИСТИКА СОЧИНЕНИЯ
Русум дар ал-хилафа принадлежит к той категории произведений, которую мы называем литературой адаба. Эта литература – особенно разного рода руководства, например для секретарей и сотрапезников, домострой и т.п., – в X-XI вв. получила широкое распространение в придворных кругах.
Русум дар ал-хилафа – сочинение многоплановое. Это, с одной стороны, мемуары многоопытного придворного, назидательная антология – с другой, и руководство для секретарей – с третьей. Сочинение состоит из двадцати глав, по содержанию распадающихся на две неравные части. Главы 1-8 и 16-19 посвящены описанию различных сторон внешней жизни двора; разделы 9-15 – правилам составления официальных посланий.
Книга предварена предисловием, в котором Хилал ас-Саби высказывает сожаление об ушедшем в прошлое величии аббасидской династии и скорбит о том, что даже память об этом исчезает из сознания его современников. Он считает своим долгом зафиксировать на бумаге все, что касается церемониала, обычаев и установлений придворного быта, существовавших во времена Аббасидов, не только в благодарность за милости, которыми Аббасиды осыпали род ас-Саби, но и в назидание потомкам.
Первая глава открывается описанием халифской резиденции в правление ал-Муктафи (902-908). Затем дано описание различных церемоний: торжественный выезд Назука, начальника полиции, прием халифом ал-Муктадиром византийского посла в 917 г.; церемония приема в честь Варды Склира в 986 г., устроенная буидом Самсам ад-Даулой. Эту церемонию автор наблюдал лично. Далее приводится обширная цитата из сочинения Йаздаджирда ибн Махбандара ал-Фариси «Диковины Багдада Иракского» (конец IX в.), переведенного с персидского языка на арабский Хилалом ас-Саби. В этом отрывке говорится о населении Багдада в правление ал-Му’тадида (892-902) и о способе определения численности населения в то время. Затем приводится подробный перечень статей расходов на содержание и нужды двора на основе бюджета 306/918-19 г., составленного вазиром ‘Али ибн ‘Исой, даются сравнительные данные по сумме доходов во времена более ранние и более поздние.
Вторая глава посвящена придворному этикету. Она занимает в книге центральное место и самая большая по объему. Глава написана в стиле адабных антологий и представляет собой собрание наставлений придворному с многочисленными примерами из истории, географии, изящной словесности и поэзии. Описание правил приличия, служебного церемониала автор иллюстрирует примерами из жизни халифов, вазиров, придворной знати, историческими анекдотами и притчами, стихами и изречениями из Корана.
В третьей главе Хилал ас-Саби повествует об институте хаджибов (церемониймейстеров), роль которых как центральных фигур в жизни и быте двора существенно возросла с середины X в. Подробно излагая установления и законы службы хаджибов, автор завершает главу описанием протокола приема, устраиваемого халифом, и функций хаджибов в этой церемонии.
Четвертая глава содержит подробное описание деталей церемонии назначения на пост правителя. Речь здесь идет об одном из поворотных событий в истории Аббасидского халифата – передаче халифом ат-Та̛и‛ всей полноты власти (гражданской и военной) в руки буида ‛Адуд ад-Даулы. Это описание уже известно нам по Ибн ал-Джаузи, но в очень кратком варианте .
В пятой главе описаны установления, связанные с церемонией торжественного выезда халифа верхом. Здесь же изложены основные правила этикета – молчаливость и сдержанность.
Главы 6-8 посвящены описанию атрибутов халифских приемов: платья халифа и свиты, торжественных одежд и аксессуаров различных категорий придворного общества и военных чинов, инсигний власти, почетных даров и благовоний.
Семь следующих глав (9-15) представляют собой руководство по официальной переписке. Подробно излагаются правила составления посланий от имени халифа и писем, адресованных халифу, структура письма: его начало, концовка, обращение к адресату, благопожелательные формулы. В качестве образца эпистолярного мастерства Хилал ас-Саби приводит письмо халифа ат-Ta̕и‛, адресованное буиду ‛Адуд ад-Дауле. Послание было составлено дедом автора, Ибрахимом ибн Хилалом . В конце описываются сорта бумаги, употреблявшиеся в официальной переписке, способы упаковки и опечатывания писем.
Четыре последние, небольшие по объему главы повествуют о некоторых интересных обычаях и обрядах, связанных с жизнью двора. Глава 16 рассматривает вопрос о титулатуре. Автор пытается проследить историю обычая давать почетные прозвища с доисламского времени до XI в., когда пышность титулов и их количество превзошли всякую меру. В главе 17 изложены правила построения и произнесения хутбы. В главе 18 рассказывается об интересном обычае бить в барабан перед домом повелителя перед пятничной молитвой как об одной из инсигний власти. Глава 19 цитирует брачный договор между халифом ат-Та’и’ и дочерью ‛Адуд ад-Даулы, составленный кади ат-Танухи.
В заключительной, 20-й главе автор славословит в адрес правящего халифа ал-Ка’има и всей династии Аббасидов.
Русум дар ал-хилафа содержит массу разнообразных сведений. Главным образом это сведения по бытовой культуре, внешней стороне жизни аббасидского двора. Но Русум дар ал-хилафа можно также рассматривать как источник по истории и экономике халифата периода правления Буидов. Особенно ценно, что это – живое слово современника. Хилал ас-Саби, имевший богатый опыт службы при дворе, решился на этот труд на склоне лет, опираясь не только на личные впечатления и собственный опыт. Он широко использовал семейное предание и прежде всего рассказы деда Ибрахима ибн Хилала, на которых построена большая часть книги. Хилал ссылается на него 15 раз, и наиболее часто по вопросам придворного этикета.
Помимо семейного предания и личных впечатлений автор, опираясь на личное знакомство, использует в качестве источника информацию ‘Али ибн ‘Абд ал-‘Азиза ибн Хаджиба ан-Ну’мана, который состоял на секретарской службе в течение сорока лет при халифах ат-Та’и‛ и ал-Кадире. Придворная жизнь ему была известна хорошо, до тонкостей. Хилал ссылается на его слова восемь раз, главным образом там, где речь идет о реалиях.
Основным источником, разумеется, были архивные документы и письма, к которым он как секретарь имел свободный доступ и которые придают особый вес его сочинению.
Обзор источников позволяет нам говорить о Русум дар ал-хилафа как о надежном сочинении, заслуживающем доверия историков. Некоторые неточности в цитировании поэтов, в датах и именах не могут изменить общего впечатления от памятника как надежного источника по истории быта и культуры Аббасидского халифата.
С другой стороны, Русум дар ал-хилафа можно рассматривать как один из образцов художественной прозы аббасидского периода. Однако этот аспект не является предметом нашего исследования.
ИСТОРИЯ ОТКРЫТИЯ РУСУМ ДАР АЛ-ХИЛАФА
И ОПИСАНИЕ РУКОПИСИ
Русум дар ал-хилафа было открыто для науки сравнительно недавно. В 1938 г. двое иракских ученых – Наджи Ма’руф и Хасан ‘Абд ал-Ваххаб, находясь в научной командировке в Каире, обнаружили в библиотеке духовного университета ал-Азхар хранящуюся под номером рукопись-уникум Хилала ас-Саби Русум дар ал-хилафа. Вслед за первыми сообщениями об интересной находке рукописью заинтересовался известный ученый-лингвист А. Кармели, который переписал ее для себя, вероятно замышляя издание текста найденной рукописи. Однако в 1940 г. он передал все материалы иракскому издателю М. Авваду, который в 1964 г. издал критический текст Русум, снабдив его обширным предисловием и пространными примечаниями, в основном филологического характера.
До 1938 г. это сочинение было неизвестно как на Востоке, так и на Западе. У Брокельмана оно по недоразумению приписано сыну автора Гарс ан-Ни’ме .
На первый взгляд странным кажется забвение, постигшее такое произведение. В период расцвета Аббасидского халифата пышный и сложный церемониал играл огромную роль в общественной жизни и судьбах людей. Общество лицезрело халифа на аудиенциях, церемониях и торжественных выездах. Бывало, что милость халифа давала возможность ничтожному взлететь на самый верх иерархической лестницы, немилость низвергала высокородного в пропасть. Но так было в зените славы Аббасидов. Время их владычества прошло, пришли новые правители, и церемониал, живо реагирующий на перемены, также претерпел изменения. Новая власть выработала новые формы внешнего выражения своего могущества. Естественно, что попытки прославлять прошлые обычаи не имели успеха. Этим, вероятно, можно объяснить «непопулярность» произведения Хилала ас-Саби среди его современников.
Однако после нашествия монголов в мамлюкском Каире на короткое время вспыхнул интерес к Аббасидам. Может быть, с этим связано внимание ученых того времени к Русум дар ал-хилафа. Впервые его упоминает ас-Сафади (ум. в 1461 г.) , фактически через 300 лет после того, как оно было написано. Второе упоминание – еще через полтораста лет у ас-Суйути (ум. в 1505 г.) . Биографические данные рода ас-Саби очень скудны и не могут помочь нам в объяснении этого.
Сама рукопись, безусловно, очень интересна с палеографической точки зрения и может натолкнуть на некоторые предположения. К сожалению, мы располагаем лишь беглым описанием, которое дал М. Аввад в предисловии к изданию Русум.
Рукопись из ал-Азхара представляет собой список, выполненный неизвестным переписчиком в 455/1063 г. (через семь лет после смерти автора) и сверенный с оригиналом. Согласно М. Авваду, в ней 203 листа по 8-14 строк на каждом, текст написан старым дивани, не огласован, диакритических знаков мало. Рукопись дефектна. По мнению издателя, 35-й лист (28-я страница издания) не соответствует предыдущим по содержанию. Между 36-м и 37-м листами (страницы издания 30 и 31) – логический разрыв. Как считает М. Аввад, здесь лакуна в один или несколько листов. Книга основательно изъедена червем, в некоторых местах текст испорчен. Однако самым главным дефектом является отсутствие первых листов, с заглавием и началом авторского предисловия. Вместо них – один лист, более позднего происхождения, написанный другим почерком (к сожалению, подробного описания этого первого листа издатель не дает).
Дата написания сочинения может быть установлена лишь приблизительно. Очевидно, оно было завершено в правление халифа ал-Ка’има (422-467 / 1031-075), не позднее 1056 г. (год смерти автора). Это подтверждается предисловием и заключением Хилала ас-Саби, в которых он обращается к ал-Ка’иму как к правящему халифу и ему посвящает свой труд.
Из всего вышесказанного можно сделать некоторые предварительные выводы. Совершенно очевидно, что оригинал был вскоре утрачен, а наша рукопись-копия каким-то образом, вероятно после разрушения Багдада монголами, попала в Каир, и уже там были составлены титульный лист и начало предисловия вместо ранее существовавших и утерянных. Скорее всего, именно этот список видели ас-Сафади и ас-Суйути.
Остается неясным, носило ли это сочинение первоначально название Русум дар ал-хилафа, или же это название более позднего происхождения. Возможно, если титул более позднего происхождения, это сочинение может быть идентично одному из утраченных сочинений Хилала ас-Саби. Однако все это пока из области предположений.
О ПЕРЕВОДЕ
Выход в свет издания Русум дар ал-хилафа вызвал большой интерес у востоковедов во всем мире. В 1970 г. в Иране появился перевод Русум на персидский язык с переводом предисловия и комментариев издателя , в 1977 г. издан перевод Русум на английский язык . В 1965 г. появилась развернутая рецензия старшего научного сотрудника ЛО ИВАН СССР П.А. Грязневича на издание Русум, в которой он первым в востоковедении поставил вопрос о научной значимости этого произведения как источника по истории культуры Аббасидского халифата. Ему же принадлежит инициатива в осуществлении перевода Русум на русский язык.
Переводчик рассматривал Русум дар ал-хилафа как исторический памятник, поэтому в его задачи не входил филологический анализ сочинения. Нами осуществлен перевод текста и составлены примечания, содержащие сведения главным образом об исторических событиях и лицах, упоминаемых в сочинении. В некоторой степени использованы сведения из предисловия и комментариев издателя, с соответствующей ссылкой в каждом конкретном случае.
При передаче собственных имен, географических названий и терминов мы пользовались системой транскрипции, выработанной акад. И.Ю. Крачковским, за исключением некоторых слов, давно вошедших в научный обиход, иногда в несколько искаженном виде.
Для удобства пользования переводом книга снабжена рядом указателей и библиографией.
И.Б. Михайлова
УСТАНОВЛЕНИЯ И ОБЫЧАИ
ДВОРА ХАЛИФОВ
// Во имя Аллаха, милостивого, милосердного! [Прибегаю] к твоей помощи, господи!
После хвалы Аллаху, вседержителю, творящему благо, дающему и утверждающему милосердие, устанавливающему истину и судящему, дающему блага и наставляющему в пользовании [ими], помолимся за Мухаммада, посланника его, с чистыми помыслами, всепоглощенно погрузившись в смирение. [Воздадим] молитву величайшему пророческому месту и чистейшей, непорочной могиле о продлении существования, продолжении величия, увеличении могущества, умножении побед, сохранении владения, упрочении союза, укреплении авторитета и династии.
Ремеслами занимаются те, кто сведущ в ремесле, товары привозят нуждающимся в них, сокровища достаются тем, кто их жаждет и домогается. А раз это так, то науки – товары самые ценные и наивыгоднейшие, прочнее, чем веревка, самая прямая дорога к цели, теснейшим образом связанная с сердцами, и широко распахнутые ворота к согласию. Разум утверждает это, это общеизвестно, все в этом единодушны, и нет в этом разногласий.
Когда я размышлял о современниках, о тех, кто имел высокое положение и которым стремились подражать, чьи достоинства поставили их выше всех и достижения которых отличались особой полнотой, я понял, что господин наш и повелитель, имам ал-Ка’им би-амри-ллах , да возрастет его благоденствие, умножится счастье, продлится слава и // упрочится власть, имам-предводитель, не нуждающийся в защите, великий халиф Аллаха, бесспорный, наиславнейший из тех, кто стремился к пределу чаяний и достигал его, шел к достижению предела [высших желаний] и добивался его, искал предела [досягаемого] и возобладал над ним. Поэтому он стал первым из тех, на кого люди указывали с почтением и на кого они возлагали надежды. Его восхваляли хвалящие безгранично и превозносили превозносящие безудержно. Аллах всезнающ и всеведущ, не делает предписаний без разбора и дарует свое благоволение лишь тому, кто в силах взять на себя это. Он вручает заместительство только тому, кто самый сильный и могучий, дарует свою милость лишь тому, кто ее более всего достоин и заслуживает. Да будет известно, что деяния его (Аллаха), основывающиеся на справедливости и правдивости и зиждущиеся на мудрости и полезности, прославили имя его. Воистину, тот, кто утверждает это, опирается на разум. Господь выделил его, основываясь на провидении, и получил удовлетворение от своего создания. Его выбор пал на дом пророка, полный ума и благоразумия, религиозного [чувства] и благочестия, чтобы связать с ним (выбором) жизнь. Существование в его владениях безопасно, правление его справедливо, мир благодаря его начинаниям и результатам [деятельности] – надежный, вера его заботами оберегается, дело благодаря его надзору – крепкое. Слава Аллаху, что все это соединилось в [одной] священной особе, постоянно оберегаемой и охраняемой оком Аллаха: величие его непреходяще, его знатное происхождение неоспоримо, так что связаны [воедино] начала и концы и давнее соединено с настоящим. Прекрасны корни и ответвления, разрослись ветви и побеги! «Воистину, [настоящий] муж ведет происхождение от древа пророческого и занял [естественное место] в самом сердце имамата, вышел из пророческой семьи и вырос в доме халифа. Истинно, такой человек достоин быть халифом Аллаха [на земле]: он должен быть безупречен, чист, [должен быть] глубоко верующим, праведным, благочестивым, пекущимся о своем народе, искренне любящим, всегда справедливым, полновластным, способным защитить нуждающихся в защите, отвращающим, охраняющим, предоставляющим убежище страждущим, удерживающим [от пороков] и защитником [слабых]. Он достоин того, чтобы Аллах был доволен им, [достоин] получить все блага от него и жить в полном довольстве благодаря благоденствию, [полученному] от него, – // преуспевающим и за добро, оказанное Аллахом, – благодарным» . Он достоин быть одаренным, обласканным, достоин того, чтобы сердца его подданных поддерживали его, уста занимались его прославлением, руки были воздеты в мольбе за него. Аллах взирает на все это благосклонно и утверждает веру в него и славу его.
Веру и этот мир Аллах охраняет его (халифа) прекрасными поступками и его правлением и благословляет и то, и другое. «Он заполнил запад и восток [своих владений] всеобщей справедливостью, так же как наполнил обе стороны эти превосходным достоинством. Распространилось на запад и восток славное деяние, так же как охватило обе стороны могущество» . Все, что захочет, – он может, и да восславим его (Аллаха).
В прежние времена пророческий халифат был могущественным и процветающим, в нем были великие правители и знатные сановники, славные деяния и [твердые] законы. Он был полнокровным, нерушимым, со строгой перепиской и правопорядком, с хорошими методами [управления] и прекрасно составленными документами, со служебными правилами и твердыми устоями. Именно в нем жили лучшие государственные умы, опытнейшие и благоразумнейшие [люди], способные пересказывать и передавать [из поколения в поколение], чтобы напомнить пренебрегающему и предостеречь неустойчивого путем познания того дела, которое были призваны [совершить] хашимиты и которое возвеличил Аллах, и той власти аббасидского имамата, которую господь превознес.
Я нашел, что [память о] большей части этого уже стерлась в последующие века, изменились порядки [в халифате], и не всякий, рассматривая этот период, понимает [это] и разбирается в этом. Зная со [слов] моего деда Ибрахима ибн Хилала о том, что не осталось уже в его время тех, кто вместе с ним «[занимался] науками и участвовал в развлечениях, принятых в то время, // и не осталось теперь тех, кто был вместе со мной» , я счел для себя необходимым [поведать] об этом, ссылаясь на него и его рассказы. Я опасался, что это лучшее постигнет участь забытого прошлого, и решил, что благодеяния, которыми осыпала меня и моих предков династия Аббасидов, – да укрепит Аллах ее устои! – «обязывают меня воскресить» их древние обычаи, описать правильную историю их жизни. Я собрал то, что нашел в источниках, и то, что было в моей памяти, и хочу, чтоб об этом узнали другие. Я надеюсь, что придворный за свою службу получает то, что делает его счастливым, на что он надеялся и чего ожидал, да поможет [ему] Аллах!
Я разделю то, что мною написано, на главы, раскрывая в них то, как обстояли дела в прошлом и что стало в [наши] дни, чтобы можно было понять из этого, в чем [суть] прошлого и настоящего, ушедшего и грядущего.
[Глава 1]
// Я НАЧИНАЮ РАССКАЗ О ВЕЛИКОМ ДВОРЦЕ

Страницы: Следующая страница

03.07.2017 · admin · Комментариев нет
Рубрики: Шариат