Разек. Ислам и основы политической власти. Перевод

Университет Ага Хан

Институт изучения мусульманских цивилизаций

01.01.2013

Ислам и основы политической власти

Али Абдел Разек

Мариам Лутфи – переводчик

Абду Филали –Ансари — редактор

Мнения, выраженные в этом томе, принадлежат авторам и не обязательно отражают мнения университета Ага Хана, Института изучения мусульманских цивилизаций.

Право Али Абдель Разека и Абду Филали-Ансари быть идентифицированными, в качестве авторов этой работы, было заявлено в соответствии с законом об авторском праве, промышленных образцах и патентах 1988 года.

Об авторе

Али Абдель Разек родился в 1888 году в Абу Джирдж, средний Египет, в семье богатых, политически активных землевладельцев. Его отец и брат были известны как либералы, которые выступали как против националистической партии Wafd, которая боролась против британского правления в Египте, так и против консерваторов, которые были в основном союзниками монархии. Абдель Разек получил образование по традиционной исламской программе и в 1915 году окончил Университет Аль-Азхар как «Алим»[1].

После окончания Аль-Азхара Абдель Разек познакомился ­с современным университетским образованием, поступив на курсы в недавно основанный Египетский университет. Он также провел несколько месяцев в Оксфордском университете, где изучал политику и экономику; однако его обучение там было сокращено с началом Первой мировой войны. Позднее он стал преподавателем арабского языка и судьей (Кади) в традиционных исламских судах Александрии.

Именно во время его работы в качестве Кади он начал изучать основателей исламской системы правосудия. Далее он рассмотрел халифат как ­институт, который лежит в основе «исламского» социального порядка и инструментом которого является система правосудия. Здесь следует добавить, что в то время существовал  общий контекст, который стимулировал инициативу для таких размышлений; особенно в связи с упразднением халифата и вызванной этим тревогой.

После того, как его лишили титула «Алим» и запретили занимать любые связанные с ним должности, говорят, что Абдель Разек немедленно изменил свой внешний вид, приняв европейскую одежду и проявив пренебрежение к традиционному стилю, привычкам и внешнему виду.

После бурной критики, вызванной его эссе, он лишь ненадолго вернулся на государственную должность (в качестве министра по делам ислама). Абдель Разек в конце концов ушел с интеллектуальной сцены, укрылся в упрямой тишине и построил себе комнату в башне, где он посвятил остаток своей жизни учебе.

Посвящение Али Абдель Разеку от его внука, Амр Хамеда

На улице все еще стоял рассвет, когда звук призыва к молитве достиг моих ушей, разбудив меня до рассвета ледяной зимы в Каире. Когда мне было девять или десять лет, я ежедневно выпрыгивал из теплой постели в своей комнате на верхнем этаже старого и благородного дома, который был нашим семейным домом. Я шел за голосом моего деда, Али Абдель Разека, в его постоянном чтении Корана, пока я не попал в его комнаты, расположенные на первом этаже. Он приветствовал меня улыбающимся кивком головы, продолжая беспрерывно читать священную книгу.

После того, как он заканчивал свою декламацию, мы впадали в наш игривый стеб, дразнили и щекотали друг друга, как школьники, с моим дедушкой, который, казалось, волшебным образом преодолел возрастной разрыв в семьдесять лет. Затем я сидел в углу и молча наблюдал за ним, пока он ходил взад и вперед между своей гардеробной и ванной, готовясь к молитве Фаджр, читая по памяти свой постоянный зикр.

Спустя полвека этот образ моего деда, шейха Али Абдель Разека или Али Паши Абдель Разека, остается неизгладимым в моей памяти. До сих пор я не встречал никого, кто бы молился и готовился к молитве с ­особым посвящением моего деда. Мне казалось, что у него было священное ежедневное свидание со своим возлюбленным Аллахом. Я вспоминаю Али Абдель Разека как человека, который был одарен всем: даром истинной и твердой веры; просвещенным умом; мудростью; теплым и щедрым сердцем; самоуважением; профессиональной известностью и признанием; и, пожалуй, больше всего, духовным богатством. Однако, несмотря на эти природные дары, он был самым скромным человеком. Он прожил свою жизнь, заботясь о своих отношениях с Богом.

Наш традиционный ежедневный ужин не был похож на ужин других каирских семей. В доме Абделя Разека стол состоял из полных тарелок тушеных овощей и салатов, которые мои дяди с сарказмом называли “ежедневной тарелкой травы”. Иногда они могут сопровождаться чашками свежего йогурта или кубиками местного белого сыра под названием Карееш. Еда съедалась с местным сушеным хлебом, который ежедневно привозили из родной деревни Али Абдель Разека, Абу Джирдж, в Среднем Египте.

Так я помню своего дедушку Али Абдель Разека, как доброго и любящего, глубоко набожного и религиозного человека.

Когда я размышляю над его знаменитой книгой «Аль-Ислдм у усул аль-Хукм» или «Ислам и основы политической власти», я всегда поражаюсь, что даже сегодня, спустя почти столетие после ее публикации, это бесценное эссе по-прежнему вызывает огромные дебаты и пылкие отклики. Для меня каждое слово и каждая фраза книги подобны оружию, которое противостоит и раскрывает бескомпромиссные­ религиозные заблуждения экстремистских политических групп, скрывающихся за мантией религии. Эти заблуждения привели к большим беспорядкам и непримиримым политическим группировкам почти во всем арабском и мусульманском мире.

Эта книга, особенно в последних абзацах, распространяет на собратьев-мусульман приглашение:

Нет ни одного принципа веры, который запрещал бы мусульманам сотрудничать с другими народами в общем деле общественных и политических наук. Нет никакого принципа, который не позволял бы им демонтировать эту устаревшую систему, систему, которая унижала и подчиняла их, раздавливая их в своих железных тисках. Ничто не мешает им строить свое государство и свою систему управления на основе прошлых построений человеческого разума, систем, прочность которых выдержала испытание временем, что, как показал опыт стран, является эффективным.

Многие вводящие в заблуждение выводы об эссе все еще остаются, один из которых утверждает, что он был адресован именно королю Фуаду из-за случайной публикации книги в то время, когда король пытался вернуть египетский трон и место халифата. Однако во введении Абдель Разек утверждает, что его исследования для этой книги начались в 1915 году, прежде чем Фуад стал королем и претендовал на трон в 1917 году. Действительно, тот факт, что это эссе все еще остается предметом большой дискуссии и дебатов, кажется, придает ему почти универсальную актуальность, выделяя ,его из специфического и строго местного контекста Египта короля Фуада.

Слово «светский» пришло в арабский лексикон на рубеже ХХ­ века, принеся с собой множество значений и толкований. Впервые он был введен в Арабские дебаты как термин «дария», который означал ­разделение между религией и государством. Позже он превратился в «ла дини», и теперь означало нерелигиозный. В современных кругах секуляризм часто понимается как ильмания и стал ассоциироваться с безнравственностью или отсутствием этики. Многие современные ученые, которые, возможно, путали различные понятия и значения идеи секуляризма, утверждали, что Абдель Разек был сторонником секуляризма в этом самом негативном смысле, который  был аморальным. Это, безусловно, не так. Мой дед выступал за отделение религии от государства, о чем он четко заявляет в своем эссе. Он никогда не выступал за безрелигиозность или ослабление нравственных ценностей. Он был человеком высочайшей добросовестности ­и воспитал нас, свою семью, с большой нравственной прямотой и глубоким и истинным осознанием важности святого и веры в Бога. Если кто-то хочет обозначить или классифицировать его практику Ислама, то мы могли бы сказать, что его “тарика” или путь заключался в том, чтобы следовать Сунне Пророка Мухаммеда в простой и умеренной манере. Возможно, мы могли бы даже назвать его Суфи, хотя сам он никогда бы не осмелился назвать себя таковым.

Книга Абделя Разека-это просвещенное, научное чтение Корана — ни меньше, ни больше. Он использовал священную книгу в качестве своего главного ориентира­. На самом деле, большинство глав содержат непрерывную цепочку стихов, взятых из Корана, но связанных с главной заботой книги, которая является управление в Исламе. Точно так же он делает последовательную ссылку на ряд твердых (сахи) хадисов. На самом деле, Али Абдель Разек, человек и мыслитель, держится подальше от секуляризма — понимаемого как форма аморализма — и, скорее, остается очень близко к учению Сунны Мухаммеда. И вот так он воспитал нас, свою семью. Под его руководством мы изучили умеренный ислам, основанный на легкости, милосердии и аскетизме, или зухд.

Еще одно распространенное, жуткое обвинение утверждает, что Али Абдель Разек сам не писал Ислам и основы политической власти. Скорее, она была написана кем-то другим, а потом этот человек дал Абдель Разеку опубликовать ее под его именем. Сторонники этой теории упустили из виду тот факт, что у меня есть оригинальная рукописная копия книги с множеством исправлений, примечаний на полях и примечаний, сделанных самим Али Абдель Разеком. Эти рукописи доступны в качестве надежной ссылки для всех заинтересованных лиц.

В эпоху после глобализации и в разгар всех этих потрясений и революций, если мы выступаем за политические реформы в современном мусульманском мире, мы должны начать с чтения и понимания Ислама и основ политической власти. Эта книга может стать основой обоснованного, логичного и научного исследования вопроса о политической власти в мусульманских обществах.

Я верю, что каждый человек создан с миссией в жизни. И никто не умирает, прежде чем выполнить эту миссию и таким образом удовлетворить свою божественную судьбу. Ислам и основы политической власти были тяжелой миссией Али Абдель Разека во имя Ислама и человечества. Он прекрасно ее исполнил. Более того, после этого он прожил долгую жизнь, будучи уверенным в завершении своей миссии и не изменив ни одного слова из книги.

Да благословит Бог душу моего любимого деда, и да благословит Бог читателей и ученых его творчества.

С Уважением Амр К. Хамед

Предисловие

Многие ученые считают публикацию эссе «Ислам и основы политической власти: исследование Халифата и правительства в Исламе» Али Абдель Разека[2] в 1925 году важным событием в современной истории мусульман. ­Публикация этой книги стала не просто исключительным интеллектуальным или литературным событием, она ознаменовала собой исторический поворотный момент, который оказал формирующее и долгосрочное воздействие на развитие мусульманских обществ в XX веке.[3]

Именно в начале 1990-х годов я узнал, к моему большому удивлению, что то, что в свое время было новаторской работой Али Абдель Разека, все еще ожидало перевода на любой из основных языков Европы. К тому времени Ислам занял центральное место в мировом сознании. Помимо средств массовой информации, ученые обращали свое внимание на современные выражения мысли, а также на политические движения в так называемом “мусульманском мире”. Ряд работ мусульманских мыслителей, переведенных на европейские языки, стали предметом широкого изучения в специализированных кругах. Было удивительно обнаружить, что большинство из этих работ представляют консервативные, фундаменталистские тенденции в Исламе. Огромное внимание было уделено, среди прочего, тенденциям, которые позднее будут сгруппированы под рубрикой исламского фундаментализма.

Этот интерес имел значение за пределами академических кругов. Он поддержал идею о том, что эти мыслители так или иначе являются “подлинными” представителями мусульман и ислама в современном мире. Это также создало впечатление, что эти работы были репрезентативными для доминирующих, если не исключительных, движений мысли в мусульманском контексте. Это понятие, в свою очередь, повлияло на мусульманские умы. В результате искажение очевидно для всех, кто знает об острых интеллектуальных противоречиях, которые были широко распространены в современном мусульманском контексте, и интенсивных дебатах, спровоцированных публикациями, которые не были ни консервативными, ни фундаменталистскими, а скорее критическими и прогрессивными. Это было крайне неудовлетворительным состоянием дел, когда эссенциалистские и статические работы таких реформаторов, как Хасан аль-Банна и Сейид Кутб, были доступны (некоторые из них в разных изданиях и на разных языках) и широко читаемы и комментируемы, в то время как другие труды, которые имеют равное, если не большее значение и ­последствия в современном мусульманском мире, были полностью проигнорированы. Тот факт, что Ислам и основы политической власти Али Абдель Разека, в частности, не были доступны на английском языке (за исключением коротких отрывков, опубликованных в различных антологиях), свидетельствует ­об этой любопытной ситуации, которая повлияла на продолжающиеся дебаты о мусульманах и практике Ислама.

Настоящий перевод был задуман вскоре после публикации моего французского перевода эссе Абдель Разека в 1994 году. Это заняло слишком много времени, со многими перерывами, вытекающими из административных обязанностей (я мог бы повторить здесь то, что говорит Али Абдель Разек об обстоятельствах написания своей книги). Г-жа Марьям Лутфи вызвалась предоставить первую серию переводов с арабского на английский язык. Вскоре после этого мне посчастливилось сблизиться с доктором Азизом Эсмаилом, бывшим деканом и нынешним руководитель Института исмаилитских исследований, который любезно согласился полностью переписать его с целью перевода на простой и читаемый английский язык. Используя мой французский перевод в качестве шаблона и ссылаясь при необходимости на арабский оригинал, он выполнил трудоемкую задачу, которая сводилась к свежему переводу на английский язык.

В результате, на мой взгляд, получился верный текст, который, в конце концов, не был научным исследованием  в техническом смысле (хотя и основывался на тщательном ­внимании к источникам). Работа Али Абдель Разека — это эссе в лучшем смысле этого слова. В нем рассматриваются и излагаются взгляды на преобладающие интерпретации Исламского прошлого и отношений между политикой и религией, которые получили широкое распространение в современных контекстах. Это “историческая” работа. В своем вступительном слове я утверждаю, что она сыграла важную роль в формировании новых дискуссий об исламе и политике в мусульманском контексте.

Я хотел бы поблагодарить Сикена Кармали Ахмеда, Раахата Куррима, Хлою Гринвуд­, Эшли Янг, Шарлотту Уайтинг, Мухамеда Мекдад и Веру Пестелл за их самоотверженные усилия в подготовке рукописи к публикации.

Наконец, следует подчеркнуть, что только я несу ответственность за любые упущения или ошибки, которые могли остаться незамеченными в тексте.

Абду Филали-Ансари

Введение

Историческая справка

Вопрос о халифате, как он возник в 1920-х годах, привлек широкий круг людей, главным образом среди образованной элиты мусульман. Как институт, халифат к тому моменту пережил довольно бурную историю в тринадцать столетий. Он был создан сразу после смерти Пророка Мухаммеда, чтобы управлять общиной, которую он основал, и поддерживать импульс, созданный тогдашним новым религиозным посланием. Должность Халифа, означающая «заместитель” или «преемник», также была создана вскоре после кончины Пророка. Первоначально она была дана некоторым из выдающихся сподвижников Пророка, которые были привлечены кругами влиятельных членов, чтобы возглавить сообщество. Каждый из первых четырех халифов, впоследствии считавшихся суннитским большинством “легитимными”, назначался по-разному.[4]

В конце концов, халифат был захвачен чередой правящих семей, начиная с Омейядов и заканчивая Оттоманами. Переход от привлеченных и религиозно вдохновленных правителей, как они были позднее восприняты, к монархическому ­халифату рассматривался многими в общине и позже фиксировался историками как своего рода государственный переворот, представляющий собой нарушение принципов, связанных с исламом, а также целостности и свободы уммы или мусульманской общины. Эти монархические системы, которые правили мусульманскими общинами­, были в целом признаны более или менее неизбежными. Однако, они не считаются полностью законными. На протяжении веков титул халифа терял свой престиж. Османские правители, следуя за многими другими, первоначально претендовали на титул султана или короля, а не Халифа. В течение восемнадцатого века, в то время, когда их власть была серьезно поставлена под сомнение, Османы чувствовали необходимость вернуть себе титул халифа. В начале двадцатого века, когда Мустафа Камаль Ататюрк взял власть над тем, что осталось от некогда великой Османской империи, он сначала лишил Халифа своих временных полномочий (1922), а затем отменил сам институт (1923).

Отмена халифата вызвала сильное беспокойство в мусульманском мире. Уже подавленные в результате влияния европейского колониализма ­на традиционный социальный и политический порядок, мусульмане были охвачены большим страхом перед будущим. Они не знали, куда стремилась умма после того, как была лишена института, символизировавшего ее преемственность на протяжении веков­. Конец халифата, который стал символом «Исламского» государства-хотя часто и отдаленного, слабого и разочаровывающего — означал для большинства мусульман конец света, в котором они жили на протяжении веков. Поскольку не было видно никакой религиозной или политической альтернативы халифату, возникло подавляющее чувство утраты.

В некотором смысле потеря халифата вернула умму к дебатам, которые восходят к началу ее истории. Вопросы, которые были более или менее забыты за последние тринадцать столетий, вновь обрели свою актуальность: как мусульмане должны организовываться как община? Какую систему ­управления они должны принять? Является ли халифат единственным подходящим способом построения и поддержания “Исламского » порядка ? Был ли халифат институтом, требуемым догматами веры? Может ли первоначальный, подлинный и законный халифат быть восстановлен? С начала XIX века дискуссии о модернизации общественно-политических институтов набирали обороты, и современные ученые уделяли этим дискуссиям большое внимание. Вместе с тем они были сосредоточены на процессах реформ, а не на общих ­рамках общественной жизни мусульманской общины. Эссе Али Абдель Разека «Ислам и основы политической власти» вернуло дискуссию к главному вопросу: как мусульмане должны организовываться как сообщество?

В то время происходили глубокие изменения. Египет, который стал автономным образованием в мусульманском мире столетия назад, вступает в новую эру в своей истории. Конфронтация между иностранной колониальной державой Великобританией и сильным националистическим движением сигнализировала о рождении первого современного либерального государства на Ближнем Востоке. Следуя сценарию, уже знакомому в регионе, король настаивал на восстановлении традиционных форм политической власти, системы, в которой монарх обладает существенной властью, в то время как религиозные ученые, известные как » уламд посредничают между ним и населением­. Улемы будут обеспечивать соблюдение религиозных законов в гражданских делах и в определенной степени легитимизировать политическую систему. С точки зрения короля, рост массовых политических движений, современных националистических идеологий и их возможные последствия­, такие как суверенитет народа и осуществление верховенства права, неприемлемы. В результате король стремился сплотить традиционных религиозных лидеров и представителей высшей буржуазии в попытке противостоять мобилизации масс партией Вафд.[5]

Эссе Али Абдель Разека стало прямым ударом по усилиям короля и, в то же время, серьезным вызовом для Вафд. С точки зрения египетских националистов, идеи Абдель Разека подорвали политическую игру реанимируя основные вопросы, которые были решены или хотя бы отложены. По сути, он озвучил неожиданный новый аргумент в политических дебатах, которые были в значительной степени ограничены монархией и Вафд.

Следовательно, современные политические активисты, стремящиеся к независимости, ­модернизации и демократизации, которые должны были быть самыми восторженными ­сторонниками Абдель Разека, были удивлены его книгой. Вафд проводит политику на светском фронте, пользуясь при этом довольно благоприятным ­равнодушием со стороны религиозных властей. Националистический проект Египта считал ­потенциально опасным для продолжающейся политической эволюции страны возобновление политических дебатов о религиозных терминах и перспективах и их последствиях, какими бы позитивными ни были новые идеи.

В то же время разыгрывались две политические игры. Первая из них была посвящеан отказу от иностранного подчинения, а вместе с ним и ликвидации традиционных политических форм­, которые сделали это подчинение возможным в первую очередь. Во-вторых, принятие современных политических форм противоречило идее восстановления традиционных. Либеральные мыслители, такие как Али Абдель Разек, оказались в деликатном положении. Они выступали против традиционных взглядов и практик, отстаиваемых монархией и богословами, а также расходились с народным движением, мобилизующим массы в пользу популистских идеологий, которые в основном провозглашали лозунги о независимости и эмансипации.

Что важно в этой дилемме, так это то, что она выдвигает на первый план точки зрения, которые кардинально отличаются от того, что было известно и признано на протяжении веков в традиционных мусульманских обществах. Как утверждал Андре Раймонд,[6] даже в период непосредственной близости, такой как французская оккупация Каира после наполеоновской экспедиции в Египет в 1898 году, не было никакого эффективного обмена идеями между европейскими захватчиками и местной интеллигенцией. Он добавляет, что ничего или почти ничего не изменилось в том, как коренные народы рассматривают естественный и исторический порядок в мире. За исключением очень небольшой элиты, такой, как летописец Абдельрахман аль-Джабарти,[7] местные мыслители не имели доступа к интеллектуальному миру ученых, которые сопровождали ­оккупационные силы.

Тем не менее, примерно столетие спустя мусульмане стали осознавать другие способы познания мира, которые включают в себя лучшее знание физического мира, науки и философии. Родилась пресса на арабском языке. Новое ”пространство общественного общения» было создано для выражения идеологий, амбиций и желаний, которые зародились в современной Европе, но были наполнены новой жизнью в неевропейских контекстах. Дебаты об исламе и современности сформировали новое понимание, которое было сформулировано ведущими мыслителями, такими как Джамаль ад-Дин аль-Афгани [8]и Мухаммед Абду.[9] Мусульманские общества больше не связаны своими традиционными взглядами на мир. Первые шаги в направлении эволюции этих новых идей были сделаны арабскими христианами, которые первыми начали воспринимать современные европейские тенденции и передавать их более широким кругам в арабском мире.

В этом свете и впервые в современной истории мусульман Али Абдель Разек сформулировал перспективу, которая позволила рассмотреть исламские религиозные традиции с внешней, исторической и критической точек зрения. Это должно было иметь серьезные последствия. Во-первых, это возвращение к рациональности как стержню, вокруг которого будут проходить дискуссии о политике и религии, которые будут отличаться от рациональных подходов, принятых ранее в истории мусульманской мысли. В ранней мусульманской общине рациональный анализ религиозных вопросов был в некотором смысле обычной практикой. Религиозные установки и повиновение божественным заповедям первоначально понимались как” требования » ­рациональности в обществах, ранее связанных узкими традициями.

Рациональное мышление в раннем богословии достигло своего пика с Му’тазилитами и множеством других грамотных элит, которые пытались обрисовать рациональные точки зрения­ о религиозных системах, которые могли бы работать в качестве чертежей для мусульманских форм понимания и социального порядка. Однако на протяжении многих поколений после того, как впечатляющий корпус богословия и права был наделен властью, реализация­ разума в религиозных вопросах становится все более неприемлемой и недопустимой. Таким образом, Али Абдель Разек возглавил призывы к разуму в религиозно-политических вопросах. Косвенно он бросает вызов реформистским и апологетическим группам, для которых рациональный дискурс должен был оставаться в рамках установленных истин, поскольку они были сформулированы в рамках “традиции” и, помимо этого, были ограничены защитой веры от критики.

Возрождение разума в дебатах о религии также происходило в последующие десятилетия с помощью новых дисциплин, таких как гуманитарные и социальные науки. Эти новые научные подходы будут включать историческую критику канонических текстов, критическое изучение политических и религиозных институтов, а также общепринятых представлений и мифов. Они будут функционировать, не обращая внимания на авторитет старейшин и авторитетных толкований. Секуляризация­ мировоззрений и разуверие происходили через выработку ­новых форм познания.

Благодаря обсуждению, инициированному Али Абдель Разеком, конечными критериями истины стали взгляды, которые пользовались рациональной поддержкой, а не устоявшиеся, подкрепленные авторитетом интерпретации открытой истины. Это стало основной ставкой в битве, которую мусульмане практически начали и которая велась светской и свободной мыслью против авторитета традиции. Хотя Мухаммад Абдух стремился продемонстрировать рациональность верований и обычаев, связанных с Исламом, его попытка была в значительной степени апологетична и ограничена необходимостью восстановления доверия и гордости мусульман к своему религиозному наследию. Именно Али Абдель Разек добился первых успехов в направлении применения процессов критического рассуждения к тому, что считалось религиозными вопросами, которые были урегулированы авторитетной традицией. Он попытался решить, путем критического расследования, старую дилемму, которая создала в отдаленном прошлом мусульманской общины самую сложную драму и которая была воскрешена с восстановлением и отменой халифата.

Эссе Абдель Разека и его непосредственное влияние

Новаторское эссе Али Абдель Разека Al-Islam wa Usul al-Hukm, , по общему признанию, оказало большое влияние на последующие социально-политические события во всем мусульманском мире, породив то, что, по мнению некоторых, является самым большим спором в современной истории мусульманских обществ. Он создал своего рода интеллектуальный обмен, который отсутствовал в традиционных обществах, включая полемику в широком

Страницы: Следующая страница

31.12.2018 · admin · Комментариев нет
Рубрики: Политические проекты