Исламское правление (Хомейни)

Аятолла Хомейни
ИСЛАМСКОЕ ПРАВЛЕНИЕ
Алматы, 1993 год
Предисловие переводчика
Имам Рухулла ал-Мусави ал-Хомейни родился 24 сентября 1902 г. в семье со строгими религиозными традициями в Хумайне, маленьком городке в нескольких сотнях километров на юго-запад от Тегерана. Его дед и отец оба были религиозными учеными. Первый, Саййид Ахмад, был известен как ал-Хинди, потому что часть своей жизни провел в Индии, где до сих пор живет дальняя ветвь семьи. Второй, аятолла Мустафа, был убит бандитами всего через пять месяцев после рождения Рухуллы, так что мать и тетка стали ответственными за его раннее воспитание. В 16 лет он потерял в течение одного года как мать, так и тетку, и тогда задача по руководству над его образованием легла на его старшего брата Сайида Муртазу (более известного впоследствии как аятолла Пазандида). Аятолла Пазандида вспоминал, что даже в юности Имам Хомейни проявлял большое благочестие, серьезность и решительность. По всеобщему мнению в Хумайне, ему предназначалась бурная карьера.
В 19 лет молодой Хомейни был отправлен в соседний город Арак изучать религиозные науки под руководством Шейха Абд ал-Карима Хаири, который был учеником великих ученых Шиитского учебного центра в Ираке, в особенности знаменитого Мирзы Хасана Ширази. Учение у Хаири сделало Хомейни наследником традиций, установленных великими личностями XIX века, традиций, заключающихся как в политической активности, так и в учености.
В следующем году Хаири получил приглашение от жителей и ученых Кума поселиться у них. Кум всегда был центром как образования, так и паломничества, но прибытие туда Хаири и последовавшая за этим реорганизация религиозного учебного института стали началом ряда усовершенствований, которые возвысили Кум до положения духовной столицы Исламского Ирана. Конечным и решающим проявлением этого стало движение всенародной оппозиции монархии Пехлеви, которое Имам Хомейни возглавил в Куме в 1962 году.
Указания на будущую роль Имама Хомейни появились уже тогда, в те ранние годы. Он достиг выдающегося положения среди многочисленных студентов Хаири, превосходства в обширном множестве предметов, но особенно в этике и разновидности духовной философии, известной в Иране как ирфан. В раннем возрасте, 27 лет, он написал по-арабски трактат по этим предметам – «Мизбах ал-Хидайа», который был хорошо принят его наставниками. Многие видные соратники Имама Хомейни, ставшие известными во время Революции, например Аятолла Мунтазири, вспоминают, что их прежде всего привлекали в нем его эрудиция в этике и философии, и что его занятия, проводившиеся для них дважды в неделю в Куме, обычно посещали сотни людей.
Говоря об общераспространенной славе Имама Хомейни как революционного лидера, который достиг исключительной степени успеха в чисто политической сфере, может показаться удивительным, что сначала он добился известности как писатель и наставник, озабоченный благочестием и даже мистическими вопросами. Для Имама Хомейни, тем не менее, духовность и мистицизм никогда не означали социальной отстраненности или политической пассивности, а скорее созданием сильной основы, которая находила свое естественной выражение в общественно-политическом плане. Жизнь Имама Хомейни является ясным указанием на то, что Революция, совершенная Исламом, закономерно начиналась в моральной и духовной сфере. Об этом свидетельствовали занятия, проводимые им в Куме в 1930 г. Темы морального и духовного характера постоянно переплетались с обсуждением проблем современности и призывами к слушателям посвятить себя их решению как части своего религиозного долга.
Ранние годы деятельности Имама Хомейни совпали с основанием Риза-ханом государства Пехлеви. Риза-хан превратил Иранскую монархию в современную диктатуру тоталитарного типа и сделал ее главной внутренней целью устранение Ислама как политической, общественной и культурной силы. Усилия, направленные на достижение этой цели, Имам Хомейни наблюдал непосредственно в Куме и по регулярно доходившим до него сообщениям из других городов, таких как Мешхед, Исфахан и Тебриз. Все, что он видел и слышал в эти годы, произвело на него глубокое впечатление. Репрессивные меры, направленные против религиозных учреждений в поздние годы второго и последнего шаха Пехлеви – Мухаммада Риза, были для него естественным и прямым продолжением того, что он испытал в период Риза-Шаха, отец и сын делали одно дело.
Первое публичное заявление политического характера сделано Имамом Хомейни в книге «Кашф ал-Асрар», изданной в 1941 г. Суть книги заключается в детальной, систематической критике антирелигиозного пути. Кроме того, она также содержит многочисленные открыто политические и критические выпады против правления Пехлеви.
В 1937 г. Хаири умер, и религиозную общину временно возглавил триумвират из его близких старейших соратников: Аятолла Садр, Худжат и Хвансари. Вскоре, однако, единственным лидером, унаследовавшим роль Хаири, стал Аятолла Буруджирди. Имам Хомейни активно выдвигал кандидатуру Буруджирди, от которого он ожидал использования возможностей положения высшего религиозного авторитета для того, чтобы бороться с властью Пехлеви. Он оставался близок с Буруджирди до его кончины в 1962 г., но над Буруджирди господствовали другие влияния: история считает его религиозным лидером огромного благочестия и административных способностей, но почти полностью инертным в политических делах.
После смерти Буруджирди не нашлось ни одного преемника на его место. Хомейни неохотно позволил обсуждать свое собственное имя, но в конце концов уступил настояниям близких соратников, которые в собрании своих решений по вопросам религиозной практики обнародовали, таким образом, безоговорочное признание его полезности как лидера и авторитета. Тем не менее, он не стал им, в основном из-за технических процедур, так как выдающееся положение Имам занял сперва в пределах Кума, а потом в стране. Большее значение имела его готовность противостоять шахскому режиму в то время, когда немногие отваживались так поступать. Например, он, один из ведущих религиозных ученых Кума, публично выказал поддержку студентам религиозного института, которые начали кампанию против открытия винных магазинов в городе.
Вскоре его внимание было посвящено более важным делам. Первый шаг последовал в октябре 1962 г., когда шах обнародовал указ, отменяющий требование, по которому кандидат на выборах в местные собрания был мусульманином и мужчиной. Имам Хомейни, объединившись с религиозными лидерами страны, энергично протестовал против этой меры; в конце концов она была отменена. Сама по себе эта мера не имела значения, так как выборы были совершенно формальными. Однако кампания против нее давала отправную точку для более всесторонней агитации против режима, так же как и возможность создания коалиции религиозных ученых, которые в будущем могли мобилизоваться для более существенных целей.
Следующий шаг был предпринят в 1963 году, когда шах начал объявлять о ряде мер по преобразованию политической, общественной и экономической жизни в Иране, которые в совокупности были названы «Белой революцией». Видимость народного одобрения была достигнута мошенническим референдумом, проведенным 26 января 1963 г. Тем не менее, мероприятия по этим вопросам были правильно поняты большей частью иранского общества как навязываемые стране Соединенными Штатами и предназначенные для усиления власти и богатства шаха, а также усиления господства Соединенных Штатов, которое было установлено ЦРУ путем государственного переворота против премьер-министра Мухаммада Моссадыка в августе 1953 г. Имам Хомейни немедленно выступил с осуждением мошеннической «революции» и разоблачил лежащие в ее основе мотивы, прочитав в Мадраса Файзийа в Куме ряд проповедей, которые имели всенародный отклик.
Шахский режим ответил отправкой 22 марта 1963 г. парашютистов-десантников с тем, чтобы захватить Мадраса Файзийа. Много студентов было убито, а Мадраса разграблено. Отнюдь не испугав Имама Хомейни, этот случай ознаменовал начало нового периода решительной борьбы, которая была направлена не только против заблуждений и излишеств режима, но и против самого его существования. Нападение на Мадраса имело почти символическое значение, став примером проявления враждебности режима исламу и исламским учреждениям и жестоких, варварских методов, которыми эта враждебность выражалась.
На протяжении весны 1963 г. Имам Хомейни продолжал обличать шахский режим. Он сосредоточил свои выпады на его тиранической природе, на его подчинении Соединенными Штатами и расширении его сотрудничества с Израилем. Противостояние достигло нового пика в июне, с началом Мухаррама – месяца в мусульманском календаре, когда принял мученичество Имам Хусайн, внук Пророка, которого почитают и пытаются следовать его примеру. Его деятельность была близка борьбе против современных проявлений тирании. На десятый день месяца Имам Хомейни произнес в Куме историческую речь, повторив свои обвинения шахскому режиму и предупреждение шаху не следовать по такому пути, при котором народ радовался бы, когда он в конце концов был бы вынужден покинуть страну. Два дня спустя он был арестован в своей резиденции и подвергнут тюремному заключению в Тегеране.
Арест Имама Хомейни довел до высшей точки народную ненависть к шахскому режиму, а главное, привел к восстанию, потрясшему трон. В Куме, Тегеране, Ширазе, Машхаде, Исфахане, Кашане и других городах безоружные демонстранты противостояли обученной и вооруженной США шахской армии, которая по приказу стрелять на поражение убила не менее 15 000 человек в течение нескольких дней. Дата начала этого восстания – 15 Хурдада по принятом в Иране солнечному календарю, знаменует поворотный пункт в современной истории Ирана. Она утвердила Имама Хомейни как национального лидера и выразителя народных чаяний, обеспечившего борьбу против шаха и его иностранных покровителей последовательным идеологическим обоснованием в Исламе и открытием периода массовой политической активности под руководством религиозных лидеров вместо светских партий, которые были дискредитированы со свержения Моссадыка. Во всех своих проявлениях 15 Хурдада предвещало Исламскую Революцию 1978–1979 годов.
Восстание было подавлено, однако широкая общественность и религиозные ученые отказались смириться с заключением Имама Хомейни. Повсюду в стране продолжались волнения, и многие религиозные лидеры сошлись в Тегеране, настаивая на освобождении Имама Хомейни. Оно, в конце концов, состоялось 6 апреля 1964 г., сопровождаемое заявлением в контролируемой правительством печати, что Имам Хомейни согласился воздерживаться от политической деятельности, что было условием его освобождения. Это было немедленно опровергнуто Имамом, который с неослабевающей силой возобновил свои обличения режима.
Если требовались дальнейшие доказательства шахской опеки США, они последовали в октябре 1964 г., когда американскому персоналу был предоставлен оскорбительный для всех юридический иммунитет на иранской территории. Узнав, что иранский гуттаперчевый маджлис одобрил эту меру, Имам Хомейни провел бессонную ночь и на следующий день, 27 октября, он яростно осудил его в открытом попрании иранского суверенитета и независимости. Теперь шаху и его иностранным хозяевам стало ясно, что Имама Хомейни не запугать, и он (шах) решил выслать его в тщетной надежде на подрыв его влияния. Поэтому 4 ноября 1964 г. Имам Хомейни был снова арестован и в сопровождении агентов шахской тайной полиции отправлен в ссылку в Турцию.
После краткого пребывания в Анкаре Имам Хомейни был обязан поселиться в Бурсе, городке на западе Турции. Постоянное давление, оказываемое на шахский режим, позволило Имаму Хомейни покинуть Турцию и перебраться в более подходящее место для ссылки – Наджаф, один из святых шиитских городов Ирака. В октябре 1965 г. согласие (режима – Ред.) было получено, и Имам Хомейни отправился в Наджаф, который стал его домом на 13 лет.
К согласию на этот переезд шахский режим побудило не только желание освободить себя от народного давления, но также предположение, что в Наджафе Имама Хомейни затмят проживающие там религиозные авторитеты. Это предположение оказалось ошибочным. Имам Хомейни утвердился как старейшина в Наджафе. Более важно, что он сохранил свое влияние и популярность в Иране. Он периодически выпускал прокламации по преобразованиям в Иране, которые контрабандой ввозились в страну и тайно, с большим риском распространялись. К тому же его послания, обращенные к мусульманскому миру в целом, распространялись в особое время в Мекке – в течение сезона паломничества. В самом Наджафе он принимал в течение долгих лет своей ссылки визиты многочисленных важных иранских и других мусульманских лиц.
Имя и личность Имама Хомейни, дело, которое он олицетворял, никогда не забывались в Иране. Его пример вдохновлял множество религиозных ученых и групп, которые продолжали создаваться на основах, заложенных в 1963 и 1964 гг. и незамеченных большей частью зарубежных наблюдателей Исламского движения, достигшего в будущем беспримерной широты и глубины.
Поэтому было вполне естественно, что Имам Хомейни быстро проявил себя как лидер и руководитель Исламской Революции 1978–1979 годов. Несмотря на свое физическое отсутствие, он пребывал в сердцах своих соотечественников в бесконечно большем согласии с их чаяниями, нежели политики, которые не испытали ни ссылку, ни тюремное заключение.
23 ноября 1977 г. наемными убийцами из созданной США шахской тайной полиции САВАК был убит в Наджафе старший сын Имама Хомейни Хаджи Мустафа. Имам Хомейни стойко вынес этот удар, но трагедия воспламенила народ Ирана. Массовое общественное разложение и расстройство экономики, так же как и продолжающиеся политические репрессии, уже возбудили всеобщее недовольство в Иране, и когда режим направил свой следующий удар против Имама Хомейни, недовольство вылилось в восстание, которое, в свою очередь, превратилось в революцию.
8 января 1978 г., через неделю после того, как президент Картер в Тегеране похвалил шаха как мудрого государственного деятеля, любимого своим народом, послушная правительству пресса напечатала угодную придворному правительству статью, нападающую на Имама Хомейни как на агента иностранных держав. Реакция общественности на оскорбление была немедленной. На следующий день в Куме состоялись демонстрации, которые были подавлены с тяжелыми (людскими) потерями. Это были первые демонстрации, которые, нарастая, развернулись по стране, пока, в конечном счете, пока вся страна не стала объята революционным пламенем. В течение весны и лета 1978 года Имам Хомейни выпустил ряд прокламаций и директив, приветствующих народ в его непоколебимости и помогающих ему выстоять до достижения конечной цели: свержения монархии и установления Исламской республики.
Главенство Имама в революционном движении было очевидно с самого начала. Его имя постоянно повторялось в лозунгах, которые сочинялись и провозглашались на демонстрациях; его портрет служил революционным знаменем; а его настоятельно требуемое возвращение из ссылки воспринимали как введение Исламского правления. Действуя по еще одному из своих ошибочных предположений, в сентябре 1978 г. шахский режим попросил Баасистское правительство Ирака выдворить Имама Хомейни со своей территории в надежде лишить его базы операций и лишить Революцию ее руководства. Имам Хомейни никогда не имел теплых отношений с различными правительствами, которые управляли Ираком с тех пор, как он прибыл туда в 1965 г., и он тотчас же уведомил Баасистов, что он был бы счастлив уехать из Ирака в страну, которая не подвластна шахскому диктату. Как возможные места назначения были рассмотрены Сирия и Алжир, но в конечном счете, как Имам Хомейни решил для себя, только немусульманская страна предоставит ему убежище, гарантируя его жизнь и возможность свободно продолжать свою деятельность. Так он отправился во Францию, поселившись в начале октября 1978 г. в деревушке Нофль ле Шато близ Парижа.
Переезд во Францию оказался полезным. Парадоксально, но связь с Ираном из Франции оказалась легче, чем связь, которая была у него в Ираке. Заявления и указания, которые выпускались теперь с нарастающей частотой, передавались по телефону прямо в Тегеран для дальнейшего распространения во многих провинциальных центрах. Бесконечный поток иранцев из Европы, Соединенных Штатов, Ирана, прибывал и оказывал почтение Имаму и брал у него советы.
Месяц Мухаррам, совпавший с декабрем 1978 г., стал очевидцем многочисленных и неоднократных демонстраций в Тегеране и других иранских городах, требовавших упразднения монархии и установления Исламской республики под руководством Имама Хомейни. Несмотря на всю жестокость, проявленную шахом, включая убийство безоружных демонстрантов, продолжающиеся пытки и злоупотребления, избиения, приводящие их на больничные койки; несмотря на неограниченную поддержку, получаемую им от Соединенных Штатов и других иностранных держав, продажное и кровавое правление шаха приближалось к своему концу. Его хозяева решили, что для него было бы разумнее уехать, и когда завершилась подготовка к введению суррогатной администрации Шахпура Бахтияра, 16 января 1979 г. шах окончательно покинул Иран. Взрыв радости, которым сопровождался его отъезд, стал воплощением предсказания, сделанного Имамом Хомейни 16 лет назад.
Как только шах оставил Иран, Имам Хомейни начал готовиться к возвращению на свою родину. 1 февраля, когда он приехал, он был встречен взволнованными приветствиями. После конечного взрыва жестокости 10 и 11 февраля старый режим рухнул и родилась Исламская Республика Иран.
Два полных событиями года, прошедшие со времени победы Революции, Имам Хомейни продолжал играть незаменимую роль в укреплении ее завоеваний и руководстве судьбой нации. В официальном значении его роль была определена статьями 107-112 Конституции Исламской Республики Иран, объединившими ключевые политические принципы «руководства факиха» (вилайати факих). Тем не менее, в более общем смысле он продолжал творить Революцию, воплощая своим высоким примером власть и законность. Бесчисленные обращения к посещавшим его различным группам граждан, так же как и публичные выступления перед широкой аудиторией в особо важных случаях, утвердили Имама Хомейни как учителя и вождя Исламской Революции.
В течение своей долгой и выдающейся карьеры Имам Хомейни проявил уникальный набор качеств: духовность и эрудицию, аскетизм и самообладание, уравновешенность и решительность, политическую гениальность и талант лидера, сострадание к бедным и неимущим, а также неумолимую ненависть к угнетению и империализму. Позже, суммируя свою оценку деятельности Имама Хомейни, Аятолла Мутаххари сравнил его с Али ибн Абу Талибом, этим высоким примером Исламского мужества, мудрости и благочестия. Все, кто имел счастье находиться в присутствии Имама, охотно согласятся с этим мнением.
ИСЛАМСКОЕ ПРАВЛЕНИЕ
Книга Исламское правление, вероятно, наиболее известный труд Имама Хомейни, образовавшийся из ряда лекций, прочитанных в Наджафе с 21 января по 8 февраля 1970 г. Лекции были записаны одним из слушателей и затем опубликованы в виде книги.
«Исламское правление» – это точный перевод оригинального персидского заглавия Хукумати Исламы. Тем не менее, читатель должен иметь в виду, что книга не преследует цели представить полную систему Исламской политической философии или детализированный план установления и функционирования Исламского государства. Она имеет узкую и более частную цель и предназначена слушателям, которым были прочитаны лекции. Этими слушателями стали люди, изучающие религиозные науки и способные потом занять влиятельное положение в мусульманском обществе.
Из лекций вытекают три основных момента. Во-первых, введение и упрочнение исламских политических учреждений или, иначе говоря, требование подчинения политической власти исламским целям, заповедям и меркам. Во-вторых, долг религиозных ученых воплотить исламское государство, заняв в нем законодательную, исполнительную и судебную власть, одним словом – учение о «правлении факиха» (вилайати факих). Различные тексты, которые подкрепляют этот второй момент, подвергались длительному исследованию. Наконец, Имам Хомейни предлагает программу действий по установлению исламского государства, включая различные меры по самореформированию религиозных учреждений. Все три темы были изложены с упором на специфические отношения с Ираном, отсюда многочисленные случаи ссылок на Иран в ходе общего и теоретического обсуждения.
Точные переводы Хукумати Ислама имеются на французском, арабском, турецком и урду языках. Осенью 1978 г. Джойнт Пабликейшнс и Рисетш Сервис, отделом переводов ЦРУ США был выполнен английский перевод, но не с оригинального персидского текста, а с перевода на арабский язык. Получившийся в результате вариант, грубый и недостоверный, был впоследствии опубликован в вульгарном и сенсационном виде издательством Мейнэ Букс в Нью-Йорке. Этим и вызван данный полный и точный перевод с третьего издания персидского текста, опубликованного в Наджафе в 1971 г.
ВСТУПЛЕНИЕ
Тема руководства факиха (вилайати факих) дает нам возможность уверенно обсудить родственные дела и вопросы. Руководство факиха – это предмет, который в самом себе черпает прямую санкцию и мало нуждается в доказательстве, потому что всякий, кто имеет сколько-нибудь общее понимание верований и установлений ислама, без колебаний даст свое согласие с принципом правления факиха, как только столкнется с ним; он признает его как необходимый и самоочевидный. Если сегодня на этот принцип обращалось мало внимания, так что он стал требовать доказательства, то это из-за социальных условий, господствующих у мусульман вообще и в учебных заведениях в частности. Эти условия, в свою очередь, имеют определенные исторические корни, о которых я сейчас вкратце упомяну.
С самого начала своей истории движение ислама было вынуждено бороться с евреями, так как именно они начали антиисламскую пропаганду. Как вы видите, это продолжается и сегодня. Позже к ним присоединились другие группы, в некотором роде даже более сатанинские. Эти новые группы начали свое империалистическое вмешательство в дела мусульманских стран около трехсот лет назад, стремясь искоренить ислам и осуществить далеко идущие замыслы. Совсем не имелось в виду насадить христианство вместо ислама, империалисты не верят в Бога вообще. Скорее, они весь долгий исторический период, начиная с крестовых походов, чувствовали, что препятствием их империалистическим амбициям является именно ислам, что именно ислам стоит на пути к их политической власти. Поэтому они проводили различные компании против ислама.
Проповедники в религиозных учебных заведениях, агенты, работающие на них в университетах, государственных учебных заведениях, издательствах, востоковеды, находящиеся на службе империалистических государств, – все эти люди объединяли свои усилия, чтобы исказить принципы ислама. В результате у многих, особенно у необразованных, сложилось превратное мнение об исламе.
Ислам – религия непримиримых личностей, стремящихся к правде и справедливости. Это религия тех, кто хочет свободы и независимости. Это школа борьбы против империализма. Но слуги империализма представили ислам в совершенно ином свете. Они создали в умах людей неверное понятие об исламе. Извращенное понятие об исламе, которое они преподавали в религиозных учебных заведениях, было направлено на то, чтобы выбросить из ислама его революционную сущность и помешать мусульманам восстать и завоевать свободу, исполнять обряды ислама, создавать правительства, которые обеспечили бы счастье, процветание и достойную жизнь человека в мусульманских странах.
Например, слуги империализма заявили, что ислам – немыслимая религия, лишающая человека свободы действий, что законы ислама мешают развитию общества, что ислам не имеет своей формы правления, что ислам устанавливает лишь правила ритуального очищения после менструации и родов, что он может иметь какие-то этические принципы, но ничего не говорит об управлении обществом. То есть, что Ислам – чисто моральное, но не политическое явление.
К сожалению, такая вредоносная пропаганда имела успех. Образованная часть общества – студенты университетов и даже религиозных учебных заведений – неверно понимали ислам. Ислам жил среди людей этого мира и был им чужим. Если кто-то пытался разъяснять истинную сущность ислама, ему не верили. В религиозных учебных заведениях агенты империализма немедленно поднимали крик против них.
Разницу между Исламом и тем, что под этим названием преподносилось, можно сравнить с разницей между Кораном и хадисом, с одной стороны, и трактатами по юриспруденции, с другой. Коран и хадис – это источники исламских обрядов, они в корне отличаются от трактатов, написанных сегодняшними муджтахидами. Значение положений Корана, связанных с делами общества, по отношению к тем, что связаны только с культовыми обрядами, больше, чем сто к одному. Из пятидесяти разделов хадиса только три или четыре относятся к ритуалам культа и долга человека перед Создателем. Еще несколько разделов рассматривают вопросы этики, а все остальные связаны с социальной, экономической, юридической и политической сторонами жизни, то есть с жизнью общества в целом.
Вас, молодое поколение, которое, хвала Аллаху, будет служить Исламу в будущем, призываю я приложить все усердие, чтобы выполнить свой долг и донести до людей законы и наставления Ислама. В какой бы области вам ни пришлось работать, писать, говорить, наставлять людей, разъяснять им проблемы Ислама, вам предстоит бороться с врагами его, чтобы Исламу не был нанесен вред, который грозит ему сейчас. Не позволяйте скрывать от людей естественную правду Ислама, чтобы люди не подумали, будто Ислам подобно Христианству (формальному, а не истинному Христианству) – только свод предписаний, регулирующих отношения человека с Богом, что мечеть можно сравнить с церковью.
Во времена, когда Запад был царством тьмы и варварства, когда Америка была населена полудикими краснокожими, а две огромные империи – Иран и Византия – находились под властью тирании, классовых привилегий и дискриминации, Аллах Великий и Всемогущий через своего Благороднейшего Посланника (мир и благословение с Ним) послал законы, которые поразили нас своим величием. Он установил законы и практические дела человека на Земле от момента, предшествующего его рождению, до того, когда он уйдет в могилу. Это касается как культовых законов, так и законов общества и управления. Исламское право – самая прогрессивная система законов. Все многотомные книги, созданные с давних времен по различным отраслям права: судебная процедура, гражданское право, уголовное право, международные отношения, все это вместе взятое укладывается в понятие исламское право. Ни одна самая малая часть человеческой жизни не выпала из внимания Ислама.
Стремясь заставить мусульман, особенно молодых, отойти от предписаний Ислама, иностранные агенты пытались доказать, что Ислам ничего, кроме очищения после менструаций и родов, не предлагает, что это учение – лишь предмет занятий для ахундов.
Это в какой-то степени правильно, поскольку ахунды не занимались теорией Ислама в широком смысле слова, отдавали большую часть своего времени изучению и практическому применению его в жизни. Виновны и они, не стоит обвинять только иностранцев. На протяжении нескольких веков иностранцы пытались завладеть ушами мусульман ради своих политических и экономических целей, и просчеты религиозных учебных заведений помогли им в этом преуспеть. Некоторые из нас, улама, невольно способствовали исполнению этих целей. Результат сегодня налицо.
Иногда внушается, что постановления Ислама вредны, что, например, законы судопроизводства неприемлемы. Прикрываясь подобной пропагандой, агенты Британии по распоряжению своих хозяев проталкивали идею конституционализма, дабы обмануть людей и сокрыть правду о собственных политических преступлениях (имеются документальные доказательства). В начале конституционного движения, когда люди хотели записать все законы и создать конституцию, был заимствован вариант конституции Бельгии, и группа людей, чьих имен я не хочу называть, использовала этот вариант, добавив кое-что из французской и британской конституции. Правда, они добавили кое-что и из Ислама, чтобы замазать людям глаза, но основа Конституции была чуждая, заимствованная.
Какое отношение к Исламу имеют различные статьи конституции, в том числе Дополнительный Закон, касающийся монархии? Они все противопоставлены Исламу; они нарушают систему управления и законы Ислама.
Ислам объявляет монархию и наследование власти неверными и необоснованными. Когда Ислам появился в Иране, византийской империи, Египте и Йемене, абсолютная монархия там была отменена. В своих священных письмах Византийскому императору Гераклу и Шахиншаху Ирана Пророк призывал разрушить монархические формы правления, избавить слуг Господа от подчинения еще одной верховной власти, так как истинным монархом является только Аллах, и Он не нуждается в партнерстве. Великий Мученик (мир с Ним) восстал против монархии и пострадал, пытаясь предотвратить ее становление. Он отказался признать законность власти, унаследованной Йазидом.
Значит, Ислам не признает монархию и престолонаследие, им нет места в Исламе. Если это недостаток, значит, Ислам действительно несовершенен. Ислам не выработал закон о ростовщичестве и банках, об употреблении алкоголя и разврате, на эти пороки наложен запрет. Поэтому руководящая элита, являясь марионетками империализма и желая внедрить эти пороки в исламский мир, естественно рассматривала Ислам как несовершенную систему. Они приняли законы, заимствованные в Бельгии, Франции, Британии и позднее в Америке. Тот факт, что Ислам не касается развития указанных позорных сторон жизни является предметом нашей гордости, доказательством его совершенства.
Империалистическое правительство Британии имело два тайных замысла. Во-первых, ему хотелось исключить влияние Царской России на Иран, во-вторых, ослабить Ислам путем введения Западных законов.

Страницы: Следующая страница

25.09.2010 · admin · Комментариев нет
Рубрики: Шариат